– Да прятались они!

– А тут повылазили!

– Не ори, спугнёшь, - тихо сказал высокий.

– Сам не ори, - ещё тише огрызнулся короткий.

– Рискнём, - убеждённо проговорил Витя. - Одного отловим, от остальных, если такие найдутся, отстреляемся.

Убедив Фёдора, высокий пошёл обратно к зарослям. Выяснилось, что браконьеры отбежали на порядочное расстояние. Витя крался подобно индейцу из американского фильма. За ним топал напарник.

– Федя, - процедил сквозь зубы высокий, - я тебе ноги оторву, если ты не перестанешь шуметь.

Недовольно сопящий коротышка постарался двигаться беззвучно. Странно, но лес как бы вымер, даже дятел заткнулся. И в этой неземной тишине Фёдор наступил на сухую ветку. Она лопнула с громким щелчком, который прозвучал, словно выстрел.

Витя закатил глаза, беззвучно шевеля губами. Провинившийся проскулил что-то жалобное, разводя руками. Лязгнули капканы, которые он сжимал во влажных ладонях.

– Сущий дурак! - прошипел высокий. - Теперь точно спугнул.

Ольшаник лишь шелестел листьями, обдуваемыми ветерком. Никого. Ожили птички, пару раз стукнул дятел. Кукушка начала предсказывать чей-то век. Лес вздохнул, будто сбрасывая наваждение.

– Ставить будем на тропках, чуть-чуть углубляясь в заросли, - произнёс Витя.

– Я туда не полезу, - дрожащим голосом сказал Фёдор. - Вдруг этот урод ещё там? Я руки опущу, а он хвать меня за голову! И поминай как звали…

– Не дрейфь, Федя. - Высокий покровительственно похлопал напарника по плечу. - Ушёл он. Но я мозжечком чую, вернётся. Тебе не надо заходить в чащу. Нужно расположить капканы почти на границе кустов и открытого пространства. Понятно?

– Да.

– Не слышу решимости.

– Иди ты.

– Ладно. Расходимся, ищем крепкие тропки и заряжаем, - распорядился высокий.