Серёгу заботили прежде всего браконьеры.

– Кажется, не заметили. Может, что-то у английского африканца спросить хотят? А то он как-то быстро от них избавился.

В стане циркачей возникла похожая идея.

– Эм Си, чего им нужно? - полюбопытствовал Гуру Кен. - Ты не достаточно им наврал?

– Да я вообще ни слова не обронил, я себя заживо хоронил, так страшно было, аж сердце выло, - горячо проговорил Ман-Кей.

Скунс сник:

– Так про нашу армию - это было враньё?

Эм Си выдал свой секрет:

– Не говорил я про вашу армию, йо. Из меня не лезла ни правда, ни враньё. Я Михайло развёл, поверьте, для общей пользы. И заметьте, теперь они будут нас уважать, лапы жать, не обижать, до берлоги провожать. И может, хоть кто-то поможет попасть домой. Ой…

– Ты есть верно всё решить, хоть и бесчестный быть, - Петер зарифмовал не хуже шимпанзе-рэпера.

Кенгуру одобрительно улыбнулся.

И лишь Вонючка Сэм не успокоился:

– Так ты всё-таки смеёшься над нашей мощью?!

– Согласись, Парфюмер, лучше смеяться над мощью, чем над немощью, - раздался вкрадчивый голос за спинами циркачей.

Обернувшись, звери увидели Лисёну.

– Она всё слышала! - пропищал скунс, закрывая глаза лапами.

Лиса церемонно кивнула, хитро улыбаясь:

– Именно, яхонтовые мои. Всё до последнего словца.

Гуру Кен как бы невзначай сжал кулаки. Эм Си ненавязчиво пересел поближе к Василисе. Хвост Вонючки Сэма стал потихонечку подниматься.

– Тю-тю-тю, ребятушки, - ласково проворковала Лисёна. - Я же не собираюсь трубить на весь лес о вашем маленьком секрете.

– Это есть правда? - недоверчиво спросил Петер.

– Конечно, Петер-петушок! У всех есть секреты. И у вас, и у меня… Так получилось, что я случайно узнала ваш. Вы ведь не думаете, что я подслушивала?

Циркачи отрицательно покачали головами. Плутовка продолжила:

– Я постараюсь держать язык за зубами. Но кто я, друзья мои?