Дубах допил сок, бросил стакан в утилизатор и в последний раз взглянул на глобус. Пусть системе этой далеко до совершенства, но она живет, растет, развивается, - а в этом и его жизнь, жизнь координатора Транспортного Совета Тудора Дубаха. По дороге к себе он заглянул в диспетчерскую Звездного Флота, где Гаральд Свердлуф, навалившись грудью на стол, отмечал положение кораблей большого каботажа.

- Доброе утро, Гаральд!

- Доброе утро, координатор, - откликнулся тот.

Дубах заглянул в карту. Хорошо: все боты идут в графике. Впрочем, на каботажных маршрутах за последние десять лет сбой был лишь однажды…

- Что транссистемники, Гаральд?

Свердлуф поднял голову.

- Каргоботы с Пиэрии вытормозятся из аутспайса завтра к двадцати ноль-ноль по среднегалактическому. “Бора” прибыл на Лиду - АС-грамма принята сегодня в восемь семнадцать.

- А “Дайна”? - спросил Дубах.

- Там же, - тихо ответил Свердлуф и отвел глаза. Когда корабли опаздывали, он всегда почему-то чувствовал себя виноватым. - Все еще опаздывает… Маршевый греборатор - это серьезно, Тудор.

- Знаю. И об этом я буду говорить с заводом. Но выход из графика - это тоже серьезно. Уже двое суток, Гаральд. Двое суток! А на “Дайне” - сколько пассажиров на “Дайне”?

- Пятьсот.

- То-то и дело. Когда опаздывает каргобот, это плохо. Но когда опаздывает лайнер… Аварийник вышел?

- Вчера.

- Почему?

- Болл хотел справиться сам.

- С греборатором? - Дубах усмехнулся. - Однако… Когда рандеву?

- Аварийник идет на пределе, Тудор.

- Когда?

Свердлуф снова почувствовал себя виноватым.

- Завтра. К семнадцати по среднегалактическому.