–Итак, ВЫ ВСЕ здесь!!! ВЫ – со мной! ВЫ здесь, вы пришли сюда по собственной воле, вы готовы встретить ИХ, вы ждёте ИХ, вы трепещите в ожидании, вы рвёте себе волосы и кричите, потому что ОНИ – это те, кем ВЫ хотите стать!!!

Гром аплодисментов и вопли подхватили меня, отдаваясь в голове звоном. Свет прожекторов заставил прищуриться, я поднял руку, заслоняясь от ослепительного внимания камер. Дэймон Стар стоял на своей парящей платформе, раскинув руки и запрокинув голову. Он повелевал толпой, он распоряжался их настроением, как своими миллиардами. Я заскрипел зубами.

–Ночь создана только для нашей игры! А может, вы думаете иначе?!

Трибуны взревели, одобряя остроумную шутку своего кумира. Я молча закрыл глаза, стараясь не думать о своей роли в этом шоу.

Дэймон улыбнулся, подарив своей многомилионной аудитории стометровое изображение безукоризненно белых и ровных зубов. Немыслимого размера экраны парили над трибуной. Вращающиеся разноцветные прожекторы превращали грандиозную арену в зрелище, способное возникнуть только в больном мозгу художника-декоратора.

–Я рад видеть, что никто из вас не думает!..

Трибуны замерли в недоумении. Дэймон сделал многозначительную паузу.

–...иначе!

Толпа взорвалась хохотом. Ведущий подождал пока смех немного утихнет, и провозгласил:

–Итак...

И неожиданно все бесчисленные прожекторы погасли. Гремящая музыка пропала, исчез даже вой сервомоторов, вращавших десятки летающих камер. С минуту царила абсолютная тишина. Я горько усмехнулся. Сейчас Дэймон начнёт.

И он начал. Одинокий прожектор высветил ведущего. Дэймон стоял в центре Арены, понурив голову, с опавшими руками. Он был олицетворением горя и печали. Трибуны вздохнули как один человек, и тогда Дэймон Стар медленно поднял голову.

–Друзья...

Послышался ни с чем не сравнимый звук – двести тысяч зрителей разом подались вперёд.

–Друзья... Я должен сообщить вам одну... – он всхлипнул. -одну...