Он медленно шёл к нам, заложив руки за спину, склонив голову. Зрители забыли о дыхании. Тень металась по трибунам, прожектор светил в спину человеку. Дэймон повернул бледное от ужаса лицо к камерам.

–Мастер Инквизитор!...

Тихий шум, когда тысячи людей невольно отшатнулись. Ведущий не произнёс ни слова, пока серый человек не стал рядом с чёрным. И даже затем он пару минут дрожал.

–Мастер, это такая честь...

Серый человек вскинул тощую руку.

–Не впадай в грех гордыни, сын мой. Я только раб божий, который служит Ему. Не создавай себе кумира, Дэймон.

Шоумен преклонил колено.

–Да, отец.

Трибуны вздохнули. С минуту никто не шевелился, затем голос ведущего мрачно произнёс:

–Итак, двое здесь. И какие двое. Но, есть и третий...

Разом вспыхнули лампы и мигалки, музыка взорвалась торжественным маршем. На Арену, вздымая тучи песка, ворвалась колесница. Громадный человек, стоявший там, был одет в белую с золотом тунику, серебрянные римские доспехи и шлем центуриона с большим плюмажем. За плечами развивался белый плащ. Колесница совершила круг по арене и промчалась возле Охотников, ни на миг не затормозив. Однако колесничий оказался рядом с ними, спрыгнув на полном ходу. Четвёрка белых коней утащила повозку в ворота.

Легионер расправил могучие руки, рассмеявшись как хозяин. Выхватил короткий меч, вогнал его в небо.

–Цензор!!!

Трибуны подхватили вопль ликующими криками, люди вскочили, радуясь свету и музыке. Дэймон молча ждал. Наконец, шум поутих, «римлянин» замер рядом с двумя коллегами по работе.

–Вы готовы, Охотники?!

Трое людей молча кивнули.

–Какую тактику вы избрали сегодня?!

Ответил Инквизитор.

–Сын мой, мы дадим грешнику шанс. Как всегда.

Я усмехнулся. О да. Как всегда...

–О, как они благородны!! – взвыл Дэймон.

–Хватит! – я рявкнул так, что он услышал даже без микрофона. – Начинай, пугало.

Он даже не повернулся. Молча дождавшись тишины, ведущий взмыл над Ареной, и провозгласил: