За столом опять стало очень тихо.

Ошарашенные информацией о визите инопланетян, все теперь прянялись обдумывать и не менее поразительное сообщение об изобретении Лаэрта Анатольевича.

- Это как же? - спросила наконец Александра Михайловна. - Внешний вид он и есть внешний вид.

- Да нет, - горячо заговорил Лаэрт-второй, - у любого существа помимо внешнего облика множество других характеристик. Биологическое поле, магнитное, электрическое, словом, много-много самых разных параметров. Эти-то свойства, как я предположил, и позволяют менять внешний облик, представать таким, каким хочешь выглядеть, в общем, обманывать зрительное восприятие окружающих. Тут очень сложно объяснять, но я специальную большую работу написал. И аппарат построил. Вот его-то уж никак не обманешь, какой есть инопланетянин на самом деле, таким и покажет. И вот за это, договорил он скромно, но не без гордости, - я... мы и получили Нобелевскую премию.

- Потрясающе! Я об этом пока даже и не думал! - сразу же воскликнул Лаэрт-первый, и за столом опять стало тихо.

- Позвольте, Лаэрт Анатольевич, - заговорила потом Александра Михайловна. - Кажется, суть я уловила. Инопланетяне могут менять для окружающих свой внешний облик?

- Не облик, - поправил лауреат Нобелевской премии, - а только зрительное восприятие. Пришельцы остаются, конечно, такими, как на самом деле, но другие видят их, как им хочется.

- А ваш аппарат, я правильно поняла, показывает, какие они есть, несмотря на все их ухищрения?

- Конечно! - хором воскликнули сразу оба Лаэрта.

На лице Степана Алексеевича читалась напряженная работа мысли.

- Понимаю, - сказал он, - стало быть те, что прилетали в Африку, внешне выглядели, как мы, люди, а ваш аппарат показал, какими они были в действительности?

- Нет, не показал. - ответил Лаэрт-второй не без досады. - Я его изобрел, когда они уже улетели. Так что не сумел на них опробовать.

Степан Алексеевич хлопнул себя по колену.