— Их высаживают на первом попавшемся астероиде с заржавленной пищалью и бочонком питьевой воды. В скафандре, но без запасных кислородных баллонов.
— «Приватир», говорит Сакраменто! Вы выходите на орбиту станции С-1! Отзовитесь!
«Я — везучий…»
— «Приватир» вас слышит, у нас все нормально!
«Я уже прохожу орбиту первой станции. Я прорвусь! Еще немного и — прощай, Сакраменто!»
— «Приватир»! Отзовитесь!
— «Приватир» слышит, у нас все нормаль…
ЧТО ЭТО?!!!
Чудовищный толчок вышвырнул бы Дрейка из кресла, если бы не страховочные ремни. Звезды закружились в сумасшедшем хороводе, потом вдруг вытянулись крутой спиралью — нет, воронкой, в раструбе которой беспомощно крутился «Приватир».
«Этого не может быть!»
Рука Робби сама собой потянулись, чтобы врубить вспомогательные двигатели. Он не понимал, что происходит, и действовал на одних рефлексах, которые требовали вырвать корабль из звездного водоворота.
«Этого просто не может быть!!!»
Дико верещали все сигналы тревоги, какие только могли верещать; мигали вразнобой все тревожные сигналы на пульте: корабельный компьютер тщетно пытался проанализировать причину и характер неполадок и справиться с небывалой ситуацией.
Перегрузки шли волнами, такими же волнами глаза Дрейка заливала красная муть; кровь бешено стучала в висках, от дикой болтанки желудок то и дело норовил застрять в горле, а капитан «Приватиара» все никак не мог дотянуться до пульта…
«Соберись, капитан, чтоб тебя!!! СОБЕРИСЬ!!!»
Но вся сила воли Дрейка сейчас едва помогала ему не потерять сознание. Сигналы тревоги продолжали надрываться, но голос Данлепа больше не взывал к Робби из динамика.