— Робби, мальчик мой, — пробасил он, — на твоем месте я бы смирно сидел на заднице и ждал, когда ребята из ГСБ или здешние умники придумают, как прорвать проклятущую блокаду!

— Пока я буду смирно сидеть на заднице, плата за место в космопорту сожрет все, что мне причитается за этот рейс! — гаркнул Дрейк.

— У меня те же проблемы, мальчик, те же самые проблемы, — благодушно сообщил Свенсон. — Но, по-моему, лучше расстаться с платой за рейс, чем с жизнью. Неужели тебе так не терпится отправиться в тартарары вслед за…

— А кто вообще сказал, что экипажи стартовавших кораблей не сидят сейчас в своих рубках и каютах — живые и здоровые? — Дрейк уже нависал над капитаном «Тора». Непонятно, почему Дрейк называл «мозговые штурмы» посиделками, если сам во время них почти никогда не сидел — он или расхаживал взад-вперед, или бегал вокруг стола или хотя бы покачивался с носка на пятку. — Но даже если с теми кораблями и вправду что-то стряслось — я предпочитаю рискнуть, вместо того чтобы смирно ждать, когда мне выдадут билетик в преисподнюю!

— Вот-вот, то же самое говорил капитан «Медузы», — мрачно буркнул начальник одного из приисков. — Да будет ему пухом Млечный Путь…

— Мне плевать, что говорил капитан «Медузы»! — отчалив от кресла Свенсона, Дрейк зашагал к безмолвствующему главному координатору Сакраменто. — И я прошу разрешения на старт не для того, чтобы аннигилироваться и не для того, чтобы — как там выражается мистер Сагански? — свернуться в точку икс по пространственно-временному континууму! Пусть другие аннигилируются или сворачиваются в точки, а я — везучий! Всегда был везучим, слышите?! И чем выше были ставки, тем больше я загребал! — Дрейк раскинул руки, словно показывая, сколько он загребал — этот жест явно охватывал половину Галактики.

— Вот чего вы загребаете больше всех, Дрейк, так это кислорода, — устало пробормотал Данлеп.

— А еще от тебя шуму больше, чем от всех остальных в этой комнате, вместе взятых, — пробасил Свенсон. — Что касается везения — Робби, малыш, сегодня оно есть, а завтра…