Когда он вошел, в его глазах было скрытое выражение чего-то приятного, что было и прошло. У нее было тяжелое чувствительное лицо, начинавшее выказывать признаки старения. Груди у нее были большие, а бедра шире, чем помнил Эльрик. Она сидела в высоком кресле, и стол перед нею был усеян боевыми картами, пергаментом, чернилами и перьями.

– Доброе утро, Волк, – сказала она полуулыбаясь, что было одновременно язвительным и вызывающим. – Мои разведчики докладывали, что вы едете сюда со своими наемниками. Это приятная неожиданность. Вы оставили свою новую жену и вернулись к легким удовольствиям?

– Нет, – сказал он. Он снял свой тяжелый дорожный плащ и бросил его на скамью. – Доброе утро, Юишиана. Ты не изменилась. Я подозревал, что Селеб Каарна дал тебе глоток воды Вечной жизни перед тем, как я убил его. – Быть может, так. Так ты женился?

– Конечно, сказал он в тот момент, когда она приблизилась, и он почувствовал тепло ее тела.

– Я разочарована, – она улыбнулась и пожала плечами. Раньше они были любовниками, несмотря на то, что Эльрик нес ответственность за смерть ее брата, которая произошла на пути в Имррир. Дармит из Джаркора умер, возведя ее на трон, и, прежде всего честолюбивая женщина, она сильно не грустила.

Эльрик вернулся непосредственно к вопросу о грядущей войне.

– Я вижу, что ты готовишься к большему, чем просто стычки, – сказал он. – Каковы твои силы и каковы твои шансы на победу?

– Это мои Белые Леопарды, – сказала она ему. – Пять сотен отборных воинов, которые бегают так же быстро, как лошади, сильны, как горные коты, и свирепы, как кровавые акулы. Они обучены убийству и убивают всех, кого встречают. Кроме этого, у меня есть другие отряды – пехота и кавалерия, несколько отрядов, в каждом из которых по восемьдесят Лордов. Лучшая кавалерия из Схазхара – дикие воины, но умелые бойцы, они хорошо дисциплинированы.