- Сади, - спросила Польгара, как только Дарник и Гарион, державшие Сенедру, вошли в палатку, - у тебя в коробе есть орет?

- Конечно, госпожа Польгара, - ответил евнух, - но вы уверены, что нужен именно орет? Лично я в таких случаях предпочитаю наладию.

- Я думаю, что это нечто большее, чем обыкновенный приступ истерии, Сади. Мне нужно средство достаточно сильное, чтобы быть уверенной, что она не проснется, когда я повернусь к ней спиной.

- Как вам угодно, госпожа Польгара.

Он прошел по устланному ковром полу в противоположный угол палатки, открыл свой короб из красной кожи и вынул пузырек с темно-синей жидкостью. Затем, подойдя к столу, взял чашку с водой и вопросительно взглянул на Польгару.

Та нахмурилась.

- Три капли, - решила она.

Евнух бросил на нее удивленный взгляд; а затем с серьезным видом отмерил дозу.

Общими усилиями удалось заставить Сенедру выпить содержимое чашки. Но она еще долго продолжала всхлипывать. Наконец королева затихла и с глубоким вздохом закрыла глаза, дышала она теперь ровно.

- Давайте отнесем ее в постель, - предложила Польгара, направляясь к одной из отгороженных занавеской спален.

Гарион поднял на руки свою спящую жену, казавшуюся теперь совсем крошечной, и последовал за Польгарой.

- Что с ней, тетушка? - спросил он, осторожно опуская жену на кровать.

- Точно не знаю, - ответила Польгара, укрывая Сенедру жестким солдатским одеялом. - Мне понадобится время, чтобы точно определить.

- Что мы можем сделать?

- Да почти ничего, пока мы в пути, - призналась она. - Пусть поспит до прибытия в Рэк-Хаггу. Займусь ее лечением, когда ситуация прояснится. Ты побудь здесь, а я хочу поговорить с Сади.

Обеспокоенный Гарион сел на кровать, осторожно держа маленькую безжизненную руку жены. Польгара вышла узнать у евнуха, какие медикаменты есть у него в коробе. Вернувшись, она плотно задернула за собой занавеску.