Сторм тут же постарался передать ему картину мира, который их ждет – горы и долины, полная свобода необжитой пустыни – все это он мог представить себе по описаниям.

Баку успокоено сложил крылья. Радостно заверещали сурикаты. Они-то меньше всех прочих были способны предвидеть события и жили только текущей минутой. Сурра же раздумывала. Стоит ли соглашаться, если ей всю дорогу придется носить ненавистные цепь и ошейник? Но похоже, картина планеты, нарисованная Стормом, была для нее так же соблазнительна, как и для Баку. Она мягко скользнула к стене и тут же вернулась, держа в зубах ошейник, за которым волоклась цепь.

– Иа-йа-хай… – тихо, почти шепотом произнес Сторм странные звуки древнего языка. – Все прекрасно.

Корабль, на который они погрузились, был заполнен ветеранами, возвращавшимися на свои планеты. Хотя война и закончилась полным разгромом захватчиков, но и Конфедерация тоже немало пострадала. В душах людей накопилась усталость и теперь, возвращаясь в свои миры под голубыми, желтыми и красными солнцами, они мечтали только о мире.

Сторм привычно пристегнулся к койке, ожидая старта, и тут услышал тихое ворчанье Сурры. Он повернул голову и встретился с ее пристальным горящим взглядом. Он улыбнулся, и на этот раз глаза его тоже потеплели.

– Потерпи еще немного, бегунья по пескам! – сказал он на языке, которого давно не существовало. – Мы приготовим наши стрелы и попросим благословения Великих Старцев и Дальних Богов… и мы никогда не покинем тропу войны!

Сейчас, когда Сторм был уверен, что его не видит никто, кроме барханной кошки, в глубине его глаз появилось именно то, чего так боялся чиновник в Центре. Пусть вся Галактика мечтает лишь о мире, он, Остин Сторм снова отправляется сражаться!