- О чем ты думаешь?! - сделал я ему замечание, когда он переспросил условия задачи.
- О своем отце.
Между тем, жалобы других учителей на Андрея становились все более настойчивыми, и я решил посоветоваться с психиатром.
Мне порекомендовали представителя какой-то новой школы.
Я его привез на дачу в Кратово и под благовидным предлогом оставил в саду наедине с Андреем. Предварительно я сказал ему, что это мой воспитанник, по-видимому, в перепективе выдающийся математик, и объяснил, что меня в нем смущает.
Беседовали они больше часа.
По дороге на станцию мой новый знакомый упорно молчал. Наконец, я не выдержал и спросил, что он думает об Андрее.
Его ответ несколько обескуражил меня.
- Вероятно, то, что вы бы не хотели услышать.
- Например?
Он в свою очередь задал вопрос:
- Вы считаете его действительно талантливым мальчиком?
- Несомненно!
- Так вот. Все талантливые люди, подобно бегунам, делятся на стайеров и спринтеров. Одни в состоянии скрупулезно рассчитывать свои силы на марафонских дистанциях, другие же могут дать все, на что способны, только в коротком рывке. Первые всегда верят в здравый смысл, вторые - в невозможное. Ваш воспитанник - типичный спринтер. Из таких никогда не получаются экспериментаторы. Он для этого слишком нетерпелив и неуравновешен. Вы жалуетесь на то, что он не может ничего зазубрить. Для людей его склада это очень характерно. Воспитание тут вряд ли может что-нибудь дать. Различия, о которых я говорил, обусловливаются типами нервной системы.
- Следовательно?..
- Следовательно, я могу вам только сочувствовать. У вас сложное положение. Удастся ли вам подготовить нового рекордсмена или все надежды лопнут, как мыльный пузырь, зависит не от вас, а от него.
- Как это понимать?
- Я уже сказал: вера в невозможное. Ясно только одно: чем больше вы будете на него давить, тем меньше шансов, что такая вера появится.