— Не стоит нам добывать здесь железо, потому что все сливки съедены.

— А проложить новые штольни? — спросил товарищ.

— А тут нужны такие взятки, что, как говорится, отдашь масло, получишь сыворотку.

Задумался и добавил:

— К тому же глубокие штольни зальет водой.

— Воду можно откачать, — сказал маленький Даттам.

Конюший посмотрел на него и засмеялся:

— Еще нет такой машины, чтобы откачивала воду в столь глубоких штольнях.

На обратном пути Даттам думал, почему такой машины нет и нельзя ли ее построить. А человек из конюшен, Арравет, очень много рассказывал о Верхнем Варнарайне, который варвары захватили двести лет назад.

— Вот там, — говорил, — рудники должны быть очень плодородные. Во-первых, варвары их забросили, а во-вторых, руда от крови жиреет. А варвары, страшно сказать, сколько людей перебили.

— Да, — сказал Рехетта, — О варварах неизвестно, существуют они или нет, но слухи о них ходят омерзительные.

Теперь надо сказать, что Рехетта был в глубине души рад, что грязная затея с заброшенными рудниками провалилась. Предполагалось, что человек из конюшен, имевший много неопознанных денег, займется добычей руды; цех в Анхеле будет изготовлять черный товар, а сбыт товара в столице конюший тоже брал на себя. Что касается рабочей силы для рудников, то конюший собирался организовать там исправительное поселение, так как этот род работников особенно бесправен и сам свой труд не считает. Люди в цехе все время хотели денег от нечистой работы, а грех на душу приходилось брать Рехетте.

* * *

Пятнадцати лет от роду Даттам уехал в Небесный Город и поступил в лицей Белого Бужвы.

В этом, семьдесят втором году, государь Неевик отдал своему сыну Падашне в экзархат провинцию Варнарайн. Люди рассудительные предостерегали государя, что Падашна-де глуп и неспособен. Один чиновник подал доклад, в котором писал «Иршахчан усыновил Неевика, Неевик усыновил Миена. Власть-де наследуют достойные, а не сыновья». «Что же сын мой — недостоин власти?» — молвил государь, и чиновника побили тушечницами.