Вместе с городскими шумами в окно залетал и аромат травы и цветов. Монах нахмурился. Этот запах, такой обычный для летнего утра, в этот день не радовал Старшего Брата. Он таил в себе либо вызов, либо опасность — брат Атари не решил еще что именно.

Улыбка сползла с губ.

Хмурясь, он смотрел на стволы деревьев, поднимавшихся недалеко от крепостной стены, перебирая в памяти происшествия последних дней, взбудоражившие город и даже заставившие его самого сделать несколько неосмотрительных поступков. Там, в десятке поприщ от стены, поднимались первые деревья Дурбанского леса.

Дверь позади скрипнула и он, растягивая губы в улыбку, повернулся к вошедшему:

— Я приветствую тебя, Старший Брат Амаха. Укрепил ли сон твое здоровье?

— Благодарю, брат, — бесцветно ответил гость. Он быстро оглядел комнату, задержал взгляд на груде серебра, чуть улыбнулся, не то, радуясь обилию еды, не то, угадав потаенные мысли хозяина.

Старший Брат Амаха прибыл в Гэйль вчера вечером, с намереньем лично во всем разобраться и примерно наказать виновных. В том, что они найдутся, сомнений у него не возникало, и самым первым подозреваемым был, конечно, сам радушный хозяин. Виданное ли дело? Дьявол в окрестностях Имперского города! Такое, действительно могла прийти в голову только безумцу!

Поэтому Старший Брат Амаха, вняв своей природной предусмотрительности, захватил с собой смирительную рубашку.

Чувствуя за собой силу и оттого пренебрегая приличиями, он оценивающе смотрел на главу местной общины, отыскивая в его поведении признаки безумия.

Хозяина этот взгляд не смутил, ибо брат Атари понимал его причину.

Выдержав положенную приличиями паузу, он пригласил гостя к столу. Тот пошел туда, но путь его протянулся странным зигзагом. Гость двигался, стараясь не поворачиваться к хозяину спиной. Атари внутренне усмехнулся, хотя на лице его, кроме уважения к высокому гостю, ничего не появилось. Повернувшись к окну боком, и глядя на брата Атари одним глазом, а другим в окно, брат Амаха спросил.