Высокий и худой раввин, чертами лица отдаленно напоминающий Ходорковского, осторожно подобрался к Головастику и деликатно покашлял. Головастик выжидательно улыбнулась.

— Простите, — сказал раввин, — но если вы в самом деле Сатана, то как вы попали в рай?

— А какие проблемы? — деланно удивилась Головастик. — Вот на этом джипе и приехала. Очень рекомендую, кстати, отличная модель. По райскому рельефу проходимость выше всяких похвал.

— Да я не о том! — поморщился раввин. — Меня удивляет, что вы вообще допущены в рай.

— А кто меня может не допустить? Бомж, что ли?

Бомж топнул ногой, изрыгнул злобное проклятие на неведомом языке и растворился в воздухе.

— Эй! — крикнула ему вслед Головастик. — Группу забыл!

Она повернулась обратно к раввинам и произнесла, улыбаясь во все тридцать два зуба:

— Боюсь, вам придется менять туроператора.

Раввин недоуменно похлопал глазами и спросил:

— Куда он подевался?

— Ушел, — объяснила Головастик. — Понял, что сел в лужу, и ушел. А вас предоставил своей собственной участи. Все как обычно.

Она замолчала, ожидая реакции, и реакция не заставила себя ждать.

Раввин пробормотал короткую молитву себе под нос и сказал:

— Сдается мне, без вашей помощи нам отсюда не выбраться.

— Ну почему же? — улыбнулась Головастик. — Вы можете помолиться, возможно, Бомж вас услышит и смилостивится. Только я не стала бы на это рассчитывать. Насколько я знаю Бомжа, он уже списал вас со счетов. Чем он вас загружал тут? Как он вам представился? Будущий мессия?

— Нет, — помотал головой раввин. — Ангел.

Мы с Головастиком дружно расхохотались. Антон зашевелился, открыл один глаз, тут же закрыл, повернулся на бок и попытался свернуться калачиком. Мой тезка заботливо накрыл его рясой.