Селдвин обеими руками вцепился в деревянную решетку.

— Мы будем сражаться за вас, ваше высочество. Никто другой не проявил бы такого милосердия в наше безумное время!

Его товарищи нестройно закричали что-то одобрительное.

— Очень хорошо. Я подумаю, как нам лучше будет сделать это. — Он сдержанно кивнул и повернулся к пленникам спиной. Саймон вновь последовал за ним к середине пещеры.

— Во имя Спасителя, — сказал Джошуа. — Какая удача, если они действительно будут сражаться за нас! Еще сотня дисциплинированных солдат! Они могут стать только первыми ласточками, когда весть об их поступке распространится по Светлому Арду!

Саймон улыбнулся:

— У вас получилось очень убедительно. У Фреозеля, впрочем, тоже.

Джошуа казался довольным.

— Я думаю, что среди предков лорда-констебля было несколько бродячих актеров. Что же до меня — все принцы, знаешь ли, прирожденные лжецы. — Лицо его стало серьезным. — А теперь я должен разобраться с наемниками.

— Вы ведь не сделаете им такого же предложения, правда? — спросил Саймон, внезапно встревожившись.

— Почему нет?

— Потому что… потому что те, кто сражается за золото, совсем другие…

— Все солдаты сражаются за золото, — мягко возразил Джошуа.

— Я не это имел в виду. Вы же слышали, что сказал Селдвин. Они сражались, потому что должны были — или, по крайней мере, думали, что должны были — это отчасти правда. Наемники сражались, потому что Фенгбальд им платил. Вы ничем не можете заплатить им, кроме их собственных жизней.

— Это не малая цена, — заметил принц.

— Да, но какой вес это будет иметь, после того как они снова получат оружие? Они не похожи на эркингардов, Джошуа, и если вы хотите построить королевство, которое будет чем-то отличаться от королевства вашего брата, вы не можете полагаться на таких людей, как наемники, — он остановился, внезапно с ужасом обнаружив, что поучает принца. — Извините, — пробормотал он. — У меня нет права так говорить.