Я рассмеялся.

— В это время дня? Ты же меня знаешь…

— Ладно. Чего ты от меня хочешь?

— Ты не мог бы отрядить патрульную машину в район кинотеатра, чтобы она дежурила, скажем, с девяти сорока пяти, когда зрители начнут расходиться?

— Пожалуй, мог бы, — с сомнением в голосе ответил он. — Но если этот тип появится, как я его узнаю?

— Я же говорю: он будет одет во что-нибудь забавное. Мне даже кажется, что он… — Тут я снова хохотнул: — … что он немного похож на Роберта Тэйлора.

Когда я положил трубку, оказалось, что пот льет с меня градом, и, чтобы успокоиться, мне пришлось принять еще две рюмки.

Портер Хастингс поглядел на меня с удивлением, когда я проследовал за ним в аппаратную.

— Не дыши на меня, — сказал он. Мне для работы нужна свежая голова.

— Я только чуть-чуть… Что, заметно?

— Хотел бы я знать, что тебя гложет все эти дни. — Тон его не оставлял никаких сомнений в том, что он мной недоволен.

— Что тебе здесь нужно, Джим?

— Э-э-э… Я насчет этих затемнений по средам…

Брови его слегка поднялись от удивления.

— И что насчет затемнений? Я предупреждал тебя, что будут жалобы.

— Пока никаких жалоб не было, и впредь тоже не будет. Я обнаружил причину падения напряжения.

Он собрался было повесить пиджак на вешалку, но остановился.

— И что же?

— Мне немного неловко. Порт… Я не могу тебе сейчас объяснить, но я знаю, что надо сделать, чтобы все это прекратилось. — Я жестом показал на дежурный проектор с первой частью «Quo vadis».

— Какого черта?! — Хастингс с негодованием уставился на проектор, поняв, что за время его отсутствия кто-то вторгся на его территорию. — Что ты здесь делал, Джим?

Я попытался изобразить на лице непринужденную улыбку.

— Я же тебе сказал, что не могу сейчас объяснить, но вот что мне от тебя нужно: «прогрей дежурный проектор и при первых признаках затемнения тут же переведи свет на него. Я хочу, чтобы, когда напряжение начнет падать, на экране был этот фрагмент фильма. Ясно?