Вдруг один из дикарей отпрыгнул в сторону и ринулся к лесу; брюхо этого беглеца украшал большой треугольный шрам. Веревка, охватившая его мощное тело, натянулась как струна, и державшая ее амазонка покачнулась. Она занесла было клинок, но меченый сильным ударом вышиб оружие; описав широкую дугу, блестящее лезвие мелькнуло в воздухе. Девушка отпрянула, потирая онемевшую руку, но волосатый, к удивлению Блейда, не собирался продолжать бой. Казалось, он думает лишь о том, чтобы добраться до леса; сбросив на бегу веревку, он с жалобным воем мчался к деревьям.

Две девушки взмахнули мечами, третья схватилась за лук, но было поздно: дикарь со шрамом огромными прыжками уже ломился сквозь кусты. Шум и треск веток быстро стих, и Блейд понял, что такого быстроногого бегуна никому не догнать. «Молодец, меченый», — пробормотал он сквозь зубы. У этого парня хватило мозгов избежать поражения и плена, невзирая на полгаллона крепкого пойла в брюхе; такой подвиг заслуживал одобрения.

Два приятеля беглеца, похоже, смирились со своей участью. Прекратив сопротивление, они с хныканьем и визгом отбросили свои дубинки и сели на землю, прикрывая головы руками трогательным жестом покорности. Женщины осторожно приблизились к пленникам; одна резким взмахом меча рассекла кожаные портупеи, свисавшие с волосатых плеч. Блейд заметил, как вздрогнул дикарь, задетый кончиком клинка — на его заросшей шерстью груди заалела кровавая полоска.

Предводительница отряда что-то отрывисто произнесла, и три девушки побежали к опушке; среди них — та, что напомнила Блейду златовласую Кассиду. Они исчезли в кустах и вскоре появились снова, нагруженные мешками, кольями, топориками и новыми мотками веревки. С завидной сноровкой охотницы вбили в землю восемь колов и, заставив дикарей лечь на спины, привязали запястья и лодыжки пленников к железным штырям.

Блейд нахмурился. По его расчетам, волосатых полагалось заковать в кандалы, а затем отконвоировать на галеры, к жерновам или в каменоломни. Однако события принимали странный поворот. Весьма странный, если учесть позы, в которых были уложены пленники! Он почти физически ощущал сгущавшееся над поляной напряжение; что-то сейчас должно было произойти.