Мелисса ответила, что она была бы счастлива заплатить требуемую сумму, но в том случае, если станция компенсирует убытки, нанесенные ее отцу во время их последнего захода сюда. Она объяснила, что на судно заявился сумасшедший робот-подсобник, расковырял систему управления и исчез.

Тогда зорд заглянул в портакомп, не обнаружил никаких записей относительно сумасшедшего робота-подсобника и заметил, что к причалу Мелиссы уже встал в очередь заходящий в порт челнок.

Исходя из всеобщей теории о том, что время — деньги, зорд решил с выплатой долга пока повременить и остановился на сумме за два дня стоянки наличными, с условием: деньги — на компьютер.

Мелисса согласилась, и, когда она извлекала требуемую сумму — ровно, без сдачи — из тщательно застегнутого кармашка, у Ландо возникло ощущение, что она своего добилась. Подтверждением тому была хитрая ухмылочка, появившаяся на ее лице под щелканье кнопок.

Потом последовало проталкивание робоносилыцика через судовой шлюз, коротенький коридор и дверь в крохотную каюту.

Когда крышка шлюза повернулась в положение «закрыто», Ландо направился к капитанскому мостику. Ботик оказался побольше, нежели он ожидал, да и поновее немного, хотя, конечно, нельзя было сказать, что самшитовый корпус напичкан всякими излишествами. Простая рабочая лошадка, крепко сбитая и без претензий.

Ландо заметил, что корабль чисто прибран и ухожен. Хорошо. Хоть что-то у Соренсона в порядке.

Кабина пилота была не то чтобы просторная, но и не тесная. Как только Ландо опустился в кресло пилота, судовой компьютер почувствовал его присутствие и включил панель управления.

— Добро пожаловать, — произнес голос. — Пожалуйста, идентифицируйтесь.

Ландо взглянул на Мелиссу. Та улыбнулась.

— Это Мелисса. Как понял?

Прошла секунда, пока компьютер записал ее голос, проанализировал его и сопоставил со своей информацией.