- Крысы? - переспросила она.

- Это такое же хорошее прозвище, как и любое другое, - сказал он, особенно для Меда В'Дан, - и затем он снова вернулся к своему завтраку.

- Но чужаки сейчас только торгуют, - удивилась она. - Они не осмеливаются на враждебные действия в присутствии Флота. О, я понимаю, они кардинально отличаются от нас, и иногда кто-нибудь из них становится ренегатом...

- Нет, - возразил Марк.

- Нет? - Она уставилась на него, и он отложил вилку, чтобы перехватить ее взгляд.

- Меда В'Дан торгуют только тогда, когда их вынуждают торговать, произнес Марк. - Во всех иных случаях они просто совершают рейды на Пограничные станции, в поисках припасов. Когда припасы своевременно не восполняются, гибнут люди.

- Г_и_б_н_у_т_? - приглушенным эхом отозвалась Улла. - Бедные... колонисты.

- Нет, - то ли поправил, то ли передразнил Марк. - Бедные пограничники. Именно они гибнут, когда их станции подвергаются рейдам. Если же колонисты имеют в "заначке" силу воли, мастерство и энергию, они могут выжить до того дня, пока не прибудут свежие грузы.

Она расстроенно покачала головой, глядя на него.

- Дело не в том, что вы говорите, - медленно прокомментировала она. Дело в том, как вы это произносите, каким тоном. Я никогда еще не слышала, чтобы кто-то говорил с такой горечью. Кроме того, всем известно, что Флот защищает станции.

- Флот... - усмехнулся он, но его прервал донесшийся гул голосов у входа в кафе-холл. Они обернулись, чтобы посмотреть, кто там.

В холл в этот момент входили и направлялись к столу невысокого роста, худощавый, с острым взглядом мужчина средних лет в гражданской одежде, высокий массивный мужчина примерно того же возраста в форме капитана, высокий молодой человек, также в гражданской одежде, и еще один субъект. Этот четвертый был одет в мягкую, свободного покроя одежду - многоцветное, расшитое, напоминающее рубашку, верхнее одеяние и свободно ниспадающие брюки.