— Ты бы не стал… — она не закончила фразу.

— Ты ошибаешься, — тихо произнес Джарл. — О, как ты ошибаешься. И пограничник — прав. На самом деле, да, со мной ты — в полной безопасности — не только от меня, но и от любого другого из этих колонистов, пока я вместе с тобой. Но он не может этого знать, и он слишком хорош в рамках его собственной работы, чтобы рассчитывать на меня, и это правильно.

Улла угрюмо посмотрела на Марка.

— Хорошо, — сказала она и, наклонившись, начала о чем-то шептаться с Джарлом, слишком тихо, чтобы Марк мог расслышать.

Марк терпеливо ждал. Секундная стрелка его часов лениво ползла по кругу циферблата. Неожиданно лампы в отсеке колонистов пригасли до уровня свечения жуков-светляков.

— Цикл сна, — сообщил усиленный динамиками голос где-то над головой.

— Начало восьмичасового цикла сна. Пожалуйста, поддерживайте тишину, минимум шума и движения.

Джарл уселся в полутьме, мягко отодвинул Уллу от себя и заставил ее встать.

— Конец интервью, — сказал он. — Мистер Тен Руус уже готов покинуть нас. Послушай, я думаю, мы не собирались сделать ничего такого, что могло бы помешать ему выбрать меня для своей станции.

Улла повернулась к Марку, придав своему лицу выражение по крайней мере нейтральное, если не благопристойное. Она отошла от койки и повернула направо по проходу, направившись к спиральной лестнице. Марк тоже повернулся и пошел было за ней следом.

— Один момент, мистер Тен Руус, если не возражаете, — произнес Джарл.

Марк остановился и оглянулся.

Джарл качнул головой в направлении огромных букв лозунга на стене, по-прежнему сияющих своим собственным светом над тысяча двумястами колонистами, и затем снова посмотрел на Марка.