Рыбалка была для юноши смыслом жизни, и сейчас — в предвкушении хорошего улова — он вышел в море, несмотря на ужасную жару, в то время как все его соплеменники предпочли остаться на суше, в тени собственных садов и домов.

Внезапно дельфины сломали клин и, развернувшись, поплыли прочь от берега; рыба последовала за ними. Этот маневр показался Хату настолько абсурдным, что он опешил.

— Эй! Куда же вы? — воскликнул Оултер, сложил руки в рупор и крикнул, — в чём дело?!

От стаи дельфинов отделилась самка — любимица рыбака Халакта, — подплыла к судну, высунула из воды симпатичную мордашку и сказала:

— Мы бежим в открытый океан. Сегодня произойдёт что-то ужасное, мы чувствуем это, и нам страшно...

— Что должно случиться? — сдавленно спросил Хат, чувствуя как страх лёгким онемением расползается по его телу.

— Не знаю, но я это чувствую и мне очень страшно, — повторила Халакта, нервно кружа вокруг судна, — я вынуждена оставить тебя. Беги!

Нырнув под воду, она стремительно помчалась прочь.

— Куда бежать? — сев в бочку с водой, растерянно прошептал Хат.

Тело не слушалось его, в висках стучали молоты. Дельфины никогда не ошибались в вопросах опасности. Что же будет: нападение патхоров? Стена воды из-за горизонта? Или что-то ещё более ужасное?

Позабыв про сеть, Хат рванулся к рулю, спустил парус, торопливо включил пандир и помчался к берегу. Зайдя в гавань, он даже не останавливая маховик пандира прыгнул на причал и сломя голову побежал в центр посёлка, туда, где огромной громадой возвышалась Обитель Просветлённых. Добравшись до цели, рыбак, тяжело дыша, забарабанил в высокую стальную дверь.