Впервые за эти дни Повелитель Пермосвари забыл об О'Дуарде и гомункулах, о судьбе Лэри и о возможном неодобрении Содействием его сотрудничества с человеком-птицей. Его также поразила невидимая нить, связывающая Маду и Лэри. И сейчас, думая о Маду, он чувствовал, насколько она стала дорога ему за эти несколько дней. Никогда еще, ни в одном мире, где он был, ни одна женщина не была для него столь привлекательна. Но Повелитель Кемаль не мог отдаться своему чувству, ибо его честь требовала прежде всего, чтобы он сделал все для спасения Лэри.

Он связался с О'Дуардом:

- Ничего, - ответил человек-птица. - Мы не можем обнаружить его следы. Последний раз его видел один из наших людей, когда он выходил из дворца. Это все.

В день праздника, перед сбором плодов, Повелитель Пространства, выразив желание увидеть Гризельду, отправился в манеж. Мистер-Стоун-из-Бостона был на месте. Он внимательно посмотрел, но при этом его мозг оставался закрытым. Он не выходил на телепатическую связь. Повелитель Пермасвари почувствовал легкое раздражение. Он открыл свой мозг и воскликнул:

- Животные!

О'Дуард слегка вздрогнул, но по-прежнему не отвечал. Повелитель Пространства, чувствуя свою вину, произнес:

- Извините, я вовсе не это имел в виду.

На этот раз О'Дуард открыл свой мозг и ответил:

- Да, мы - животные, но почему столько презрения? Каждый является тем, кто он есть.

- Я был раздосадован тем, что вы закрыли свой мозг от меня, Повелителя Пространства. У вас есть право закрывать свой мозг от любого. Я прошу извинить меня.

О'Дуард благосклонно отреагировал на его слова.

- Причиной того, что я закрыл свой мозг, была необходимость обдумать сообщение, которое хотел сделать. Сначала мне нужно было узнать ваши истинные чувства к Маду и Лэри.

Повелителю Пермасвари стало неловко: он вел себя как ребенок, а не Повелитель Пространства. Теперь он говорил с полной откровенностью: