- Принести тебе кофе? У меня еще есть время.

- Нет, спасибо. Встану и сварю себе сам, попозже. - Он потянулся за сигаретой и медленно сел. - Знаешь, Глори, я все глядел на тебя пока ты расчесывала волосы. Похоже, жизнь со мной пошла тебе на пользу. - Он усмехнулся. - Ты выглядишь моложе, красивее, счастливее. На тебя и посмотреть сейчас приятно.

Она знала: он говорит сейчас правду. Она действительно чувствовала себя счастливее и моложе. Но можно было быть еще счастливее, если бы в его душе воцарился мир и покой. И она подумала: "Вот сейчас самый подходящий момент поговорить".

- Я бы очень хотела сказать то же самое о тебе, Гарри. Но ты не выглядишь счастливым. И это меня огорчает.

Он отвел глаза.

- Нашла из-за чего огорчаться. Ничего, скоро войду в норму. Все утрясется.

Она присела на край кровати, поближе к нему.

- Думаю, если ты в самом скором времени не устроишься на работу, тебе все опротивеет, и прежде всего - мой вид.

- Не болтай ерунды. Уж что-что, а твой вид мне никогда не опротивеет. - Он задумчиво посмотрел на нее, словно решая, стоит говорить дальше или нет, потом спросил: - Скажи, ты не против махнуть со мной в Париж, Лондон и Рим?

- О-о, Гарри, я и мечтать об этом не смею... - растерянно сказала она. - Это было бы чудесно, но какое отношение имеют к нам Париж, Лондон и Рим, скажи на милость?

- А ты не против иметь миллион долларов? - спросил он и сжал ее запястье.

- Конечно, не против. А тебе не хотелось бы стать президентом Соединенных Штатов? - парировала Глория и усмехнулась. Усмешка получилась вымученной. Она подметила в его глазах странное выражение и почему-то испугалась.

- Я серьезно, Глори. Это вовсе не шутки. Я знаю, где и как можно раздобыть три миллиона долларов. Найти бы еще помощников, чтобы провернуть это дельце, и считай, что миллион чистыми у меня в кармане, если не больше.