Играла легкая музыка, под потолком, под аплодисменты, беззвучно носились стреколеты, раскидывая салют, хлопушки и шутихи, подаренные им Мастерами Смерти. Гремел смех, и гул голосов расползался по залу, в который, преодолев стеснение, заглянули даже обитатели девятого яруса Храд Спайна. Вопреки обычаю, их никто не прогонял.

– Столько народищу, Гаррет, – шепнула мне Кли-кли. – Подумать только, их так много!

– А будет еще больше, – пообещал я ей, кивая Тиа, которая вошла в зал под руку с высоким альбиносом.

Она лучезарно улыбнулась мне в ответ, и, увидев Миралиссу, расцеловалась с ней в обе щеки.

Прямой, как палка Х’сан’кор ходил по залу в красном тулупе, раздавая подарки, а целая толпа маленького народца, с писками и визгами висела на его бороде, распевая что-то про «заграбского чух-чух-чуха».

– Лопни твоя жаба, если я помню более грандиозную вечеринку! – поделился Лук своими соображениями с Угрем и Фернаном.

Мимо, кружась в танце, пронеслась ламия, которую осторожно поддерживал Нэсс, а следом за ними Лаэн в паре с Людвигом. Беловолосая Гертруда мило любезничала с огненноволосой Констанс. Эграсса, подмигнув мне желтым глазом, галантно принес им шампанского и присоединился к беседе.

– Алистан через пару минут прочитает речь, – напомнила мне Кли-кли. – Когда они приедут?

– Сразу после двенадцати.

– Я изнываю от любопытства.

– Я тоже, – улыбнулся я.

Зефир играл с блазгом в «камень-ножницы-бумага» на щелбаны. Вухджааз, продувший партию, стоял рядышком и потирал лоб, заявляя, что он «самый умный демон на свете и обязательно высосет мозг из их костей». На его угрозы давно уже никто не обращал внимания. Посланник пытался поймать вейю, носившегося вокруг него и задорно кричащего: