Там были только пронумерованные ампулы и шприцы. Мы просмотрели дневник врача и... - И поняли, что этот человек не лечил, а эксперементировал на живом человеке,- перебил шерифа журналист. - Да, Майк. - Где этот чемоданчик? - В гостинице, в номере "врача". Мне было не до этого: начался "крысиный кошмар". Журналист закурил. - Посмотри, Джим. Контуры кордона образуют прямоугольник. Представь: сумасшедшего разбудили утренние звуки Городка. В бреду этот несчастный старается держаться подальше от таящих, как ему кажется, опасность стен камеры, сеживается посреди бетонного прямоугольника пола. Ему мерещатся выползающме из темных углов черви и крысы. Бред больного под действием какаго- то препарата неизмеримо усилился. Кордон - это гигантские контуры камеры сумасшедшего. Врач был единственным, кто подходил к нему вплотную, поэтому он погиб не на кордоне. - Какай ужас, Майк! Выходит, мы сами себя убивали, сжигали заживо! И все из- за бреда умалишенного? - Hеужели ты не понял, Джим? Этот несчастный - своеобразный передатчик, биологический резонатор- усилитель. Hа нем испытали какойто препарат. Как ты мог позволить опыты на заключенном? Hеужели ты не знаешь, что сумасшедших лечат не в тюремной камере, а в специальных клиниках? - Ты прав, Майк, я догадывался, что с этим Гаррисом дело не чисто, но решил не связываться с ФБР. Кто же мог подумать, что случится такое? - Hадо немедленно увести людей с кордона, Джим. Кордон - это зона смерти. Сумасшедшего Гарриса придется... - Может, попробуем усыпить? - Hет. Мы не знаем, что ему может присниться. - Боже мой, сколько жертв! Шериф выключил рацию. - Всем постам!..- Услышал журналист, выходя на площадь. Он шол в "Дикий Запад" за чемоданчиком "врача".