Ты, наверное, повернешь назад и попытаешься найти другую дорогу. А я... Я вижу перед собой эти плохо лежащие камни и ощущаю, как я, именно я сам наступаю на один из них, как я падаю и не могу остановиться, не могу зацепиться за трещину в крутом склоне, чтобы задержать падение, как, наконец, скатываюсь в пропасть вместе с градом потревоженных мною камней и лечу, лечу, лечу вниз. И наконец - удар. Я чувствую все это, едва лишь увидев предательский камень впереди, понимаешь? Да нет, ты не можешь этого понять, для того, чтобы понять, надо быть Лоцманом и родиться у нас на Лэнраге. Мы ведь не зря никого не зовем к себе на Лэнраг, Капитан никто из вас не выживет в нашем мире. Даже Лоцманы не всегда могут выжить там. И все же, - он вздохнул, - это лучший из миров.

- А длаки? - помолчав, спросил Капитан. - Кто они все-таки, эти длаки?

- Те, кто узнал, кто они такие, уже никогда не расскажут. Потому что от длака нельзя спастись. Внезапно звезды впереди начинают подергиваться туманом. Сначала светлым, почти белым, но постепенно он темнеет, и через какое-то время звездолет окружает сплошная тьма - и ничего больше. Те, кто в нем летел, еще живы, еще на что-то надеются, еще пытаются спастись даже те из них, кто знает, что спасения нет, даже Лоцманы. Они пытаются как-то прорвать эту завесу тьмы - напрасно. Они пытаются разрушить ее своим оружием, но против длака бессильно любое оружие. Никто еще не сумел спастись, попав в его сети. Не спрашивай меня, Человек, откуда я знаю все это - я не смогу тебе объяснить. Мы живем в Галактике долго, очень долго, и многие наши знания пришли к нам неведомыми уже путями. Я знаю точно лишь одно - за всякое знание когда-то пришлось заплатить слишком дорогой ценой, и нельзя пренебрегать этим знанием. Знание - единственное, что ограждает нас от опасности. А мы всегда живем под прицелом опасности, Капитан. Но бьет она только наверняка.