Затем экран стал совершенно темным: космокатер номер семь подошел к борту звездолета вплотную. Теперь можно было ожидать удара, резкого толчка, но удара не последовало, вместо этого космокатер, похоже, каким-то непостижимым образом вошел внутрь звездолета.

Ничего не изменилось, но нельзя было не почувствовать, что космокатер больше не движется, а стоит на месте.

- Космокатер номер семь, - позвал Петр. - Свяжи с шестеркой.

- Связи больше нет, - ответил катер.

Голос был совершенно спокойным, ровным. Машина и есть машина, подумал Костя даже с какой-то неприязнью. Какие бы драматические события не происходили, ничем ее не взволнуешь.

- В одном фантастическом романе, - начал Костя, - я читал, как космический корабль-автомат собирал в разных планетных системах образцы чужой жизни. Чтобы ученые могли их потом исследовать.

- Чем кончился роман? - отрывисто спросил Петр.

- Хорошо кончился, - ответил Костя, стараясь, чтобы голос не дрогнул. - Захваченные взбунтовались, захватили управление, вернулись в свои родные системы.

- Надо будет, мы тоже взбунтуемся! - пообещал Петр.

Корпус космокатера вздрогнул от удара, тут же последовал еще один удар.

Кто-то начал снаружи колотить в люк.

С минуту Петр и Костя молча прислушивались.

- С добрыми намерениями так не стучат, - рассудительно молвил Костя.

Петр сжал кулаки и рывком поднялся с места.

- Все равно взломают рано или поздно, - процедил он сквозь зубы. - А космокатер хорошо бы целым сохранить. Надо открыть!

Он двинулся было по коридору к люку, но тут его поразила новая мысль.

Нажав красную кнопку под экраном, Петр молнией метнулся в отсек спортивных тренажеров и тут же вернулся с чудо-поясами, удесятеряющими силы. Один он кинул Косте, а другой поспешно затянул на себе.

Не говоря ни слова, Петр секунду постоял неподвижно, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя, а затем без видимых усилий выломал в кухонном отсеке две ножки стола.