Рукопашный бой мало-помалу команда "легавых" стала выигрывать. Но кто уже обрадовался, тот был неправ. Недалеко от озерного берега вспенился огромный бурун, а потом высунулась здоровенная мордень еще одной зверомашины. И тут же шквал огня обрушился на всех, кто храбро бился на берегу.

"Монтировку ей в задницу!" - разведчик услышал страшное проклятье и сиганул в воду. Впрочем это была не вода, а довольно сопливый бульон в виде карбоновых кислот. Командир немного проплыл стилем "дельфин", более-менее настроил свои линзы и сообразил, что владелец страшной мордени тоже скрылся под поверхностью.

Тот возник поблизости, всего лишь в нескольких метрах, неожиданно даже для сонаров.

Сразу несколько гибких металлических тросов захлестнули разведчика и стали подтягивать к пасти, в которой, насколько можно было разобрать, работало пара десятков фрезерных пил.

Паклин пытался высвободить свою правую руку и даже, когда у него это получилось, толку от плазменного резака в этом сопливом бульоне оказалось мало.

Все ближе и ближе фрезерные пилы, все радостнее - судя по электрической активности - чудище. Разведчик же тщетно бился и все больше понимал - если он не найдет асимметричное решение, то превратится в окрошку.

Когда уже страшный порог пасти был перейден, Паклин вспомнил о боеголовке последней ракеты, сидевшей в гнезде в районе левого плеча. Он, выжимая последнюю мощность из своего энерго-материального конвертера, распрямился и застрял между верхней и нижней челюстями монстра.

Челюсти давили со страшной силой многих тонн, каркас сминался, а пальцы еще только отвинчивали боеголовку. Давно трещал панцирь, вовсю хрустела главная "килевая" ось, когда боеголовка поплыла вглубь пасти. Уже стала продавливаться верхняя крышка головной капсулы и "килевая" ось зазвенела перед тем как хрупнуть напополам. Наконец, разведчик с криком: "Конец тебе, соплежуй" своей командой взорвал боеголовку.