плане. Энн подходит к рампе.

Потом я разделась. (Снимает манто.) Может, потому, что хотела отомстить Боссу. Или от стыда, что не смогла противостоять Боссу. Все получилось прекрасно. Тогда, в ту холодную февральскую ночь, я провела у Дока всего несколько часов и больше не собиралась с ним встречаться. Но когда Босс снова улетел на западное побережье, я снова встретилась с Доком, и теперь прихожу к нему, даже если Босс не улетает на побережье. (Ложится на кушетку, включает незаметно встроенный в стену проигрыватель. Вивальди, Лето." Allegro non molto.) Сейчас июль. Это прохладное помещение глубоко под землей стало вдруг таким уютным. Мне тут все нравится - и эта ниша, и навес над ней, на который иногда капает вода, и маленький скрытый в стене проигрыватель - подарок Дока. Я счастлива с Доком. Я доверяю ему больше, чем любому другому мужчине. Но до сих пор я не говорила с ним о Боссе. Не надо ему было знать, что я знакома с Боссом. И с Боссом не надо было знакомиться. И даже подозревать о его существовании. А теперь вот я должна рассказать ему о Боссе, но осторожно, не называя имени.

Вся комната освещена. Из холодильной камеры выходит Док с пустым ящиком, в изумлении останавливается.

Док. Ты еще здесь.

Энн. Я снова здесь.

Док. Ты же уехала наверх.

Энн. Значит, потом спустилась вниз.

Док. Уже утро.

Энн. И что?

Док уносит ящик.

Тебя всегда знобит, когда ты выходишь из соседней комнаты.

Док. Там прохладно.

Энн (выключает проигрыватель). Док.

Док. Что, Энн?

Энн. Я влюбилась в тебя.

Док молчит.

Вдруг.

Док. В таких, как я, не влюбляются.

Энн. Ты не такой, как другие.

Док. Я стал таким, как другие.

Энн. Я хотела остаться порядочным человеком.

Док. Все мы этого хотели.

Энн. Ты порядочный человек.

Док. Чушь. Не будь мне так нужны мои инструменты, умей я мыслить без электронного микроскопа или без компьютера, может, я и остался бы порядочным ученым, вот и все.