От древних, восьмилетней давности воспоминаний меня отвлек звонок мобильного телефона.

- Привет мартышка, - загоготал в трубке папин голос.

Аа, ну как всегда. Похоже, это прозвище закрепится за мной надолго. А все потому что в детстве я всего лишь любила лазить по деревьям и безумно обожала бананы.

- Пап! Ну, хватит уже, - пробурчала я. - Всё-таки для дамы в возрасте шестнадцати лет это не солидно.

- Ладно, ладно, не обижайся дама в возрасте, - рассмеялся он.

- Ты где?

- В полусотне километров от тебя, - ответил он.- Но дома буду поздним вечером, а может и завтра к утру. Звонил начальник колонны, сказал нужно срочно доставить новый груз. Недалеко тут. Двести километров. Ты, кстати, чем планировала сегодня заняться?

- Планировала дождаться нашу чокнутую Изольду Тимофеевну. Она намеревалась приехать сегодня в гости, - лениво ответила я, наматывая на палец прядь волос.

- Да ладно тебе. Вполне себе нормальная бабушка, - возразил папа.

- Ох, слышала бы она тебя сейчас, показала бы, кто из вас бабушка, - улыбнулась я, и вскочив с постели, зашагала к ванной комнате, чтобы приступить к водным процедурам.

Изольда Тимофеевна, она же – бабушка, была еще та штучка. И это мягко выражаясь. Ей было пятьдесят пять, но она тщательно скрывала свой возраст, без проблем засматриваясь на парней моложе её лет на двадцать, а то и больше, а иногда даже флиртуя с каким-нибудь таким парнем в открытую. Даже я иногда завидовала её непосредственности и лёгкости в амурных делах.

Одевалась бабушка так же, как и вела себя – то есть, мягко говоря – вычурно, а красиво говоря – импозантно. Она с хищническим вниманием прислушивалась к каждому новому писку моды, а едва услышав его, тут же устремлялась в ближайший бутик. Через полчаса она выходила оттуда довольным и улыбающимся посмешищем. Ну, скажите, чья бабушка додумается одеть на себя облегающие легинсы и тунику с глубоким декольте и при этом смотреть вокруг себя с таким видом, что так и надо? Правильно, именно моя! А этот ее молодежный жаргон? Даже у меня челюсть падала до пола, когда я слушала милые рассказики бабули о своих амурных движухах. А их она в ярких красках описывала по вечерам соседкам, собирающимся на лавочке у подъезда. Вот сто пудов уверена, что она в их «лавочной» тусовке самая крутая.