- Возможно. Но если так, то я действительно удостоился высокой чести, Фиц-Джонс отвесил шутовской поклон.

- Хватит препираться, - сказал Киндл, - принесите лучше веревку. У меня рука затекла.

- Блестящая идея!

Фиц-Джонс вышел и вернулся с большим мотком.

- Допейте вино, Айзек. А ты, Киндл, подойди сюда и стань рядом. Если он выкинет какую-нибудь штуку, я не хочу, чтобы ты поджарила меня с ним заодно.

Когда Фиц-Джонс начал накручивать на Отто веревку, тот раздул грудь и напряг бицепсы. Трюк был старый и не очень хитрый, но Фиц-Джонс ничего не заметил. Отто обратил внимание, что его просто обмотали веревкой вокруг тела, и он еще раз подумал, что имеет дело с любителями. Они даже не обыскали его.

- Придется несколько часов подождать, мистер Макгэвин. Предлагаю вам соснуть.

Фиц-Джонс вышел на кухню и вернулся, держа в одной руке лазер Отто, а в другой - бутылку содовой. Он подошел к Отто и огрел его бутылкой по голове. Комната взорвалась голубыми искрами, поползла, как желе, и все погасло...

Он уже по меньшей мере час был в сознании и лежал, прислушиваясь, когда Фиц-Джонс подошел к нему и вылил на голову стакан воды.

- Проснитесь, мистер Макгэвин. Уже полночь. Фонари погасли. Мы должны прогуляться.

Отто, шатаясь, поднялся на ноги, старательно раздувая грудь и напружинивая мускулы, чтобы веревка казалась туго натянутой.

- Кстати, Фиц, у вас есть лишние ночные очки? - спросил Киндл озадаченно.

- Что? Вы не захватили своих?

- У меня нет привычки таскать их с собой при свете дня.

- М-да, ну тогда я позабочусь об этом... "премьере" сам. Мы не можем пользоваться светом.

- Ну нет! После того что он сделал со мной, я хочу доставить себе удовольствие лично поджарить его на медленном огне.

- ...Или свалиться по пути в пыльную яму. Я не позволю тебе надеть очки и выйти с ним в одиночку. Ты же ранен.