– Ну? – рука напарника тряслась и дергалась неимоверно.

Я прикинул на глаз расстояние от приемника до Объекта, обслюнявленным пальцем уточнил направление ветра и дал команду:

– Пора!

Боб хмыкнул, и резко дернул ручку включения вниз, как того предписывали правила эксплуатации приемным устройством. ( Для новичков там еще стрелка вниз).

Раздался довольно нехарактерный для подразделения 000 звук, и рычаг включения приемного устройства остался в руках у второго номера.

Объект просвистел мимо и, подняв кучу пыли, с глухим ударом приземлилось прямо в центре неработающего приемного устройства.

Несколько секунд я тупо смотрел на переплетение стоек самой уродливой конструкции во вселенной. Потом перевел взгляд на Боба. На которого, честно говоря, было б лучше не смотреть.

Американец сжимал обломок рычага крепкими американскими руками, которым место на американской ферме. Глаза его были сведены строго в переносице. Шок. Это не по-русски.

И только потом повернулся к Милашке.

Куча железа по выражению моих глаз моментально поняла, кто виноват в случившейся неприятности. Она мгновенно вырубила всю звуковую и световую иллюминацию. (Разобраться: почему все это время она работала и нарушала покой жителей столицы)? Потушила фары и прикинулась компрессором.

В лучшем случае ее ждала переработка в металлолом.

Американец, который так и не получил свою американскую мечту, наконец-то очнулся и отбросил сломанный рычаг в сторону, за что моментально получил внушение о сокрытии вещественных доказательств.

– Командир, а что теперь с нами будет? Ведь он, Объект этот… вниз…как…с такой… скоростью…

Боб рукой показал скорость. И оказался не прав. С такой скоростью только бабочки летают. Наш-то раза в три быстрее просвистел. А что нам будет?… Серьезный вопрос.