Но я слишком хорошо знаю, что такое преступление. Поверьте, в этой области у меня огромный опыт. Вы вполне можете мне довериться. Расскажите-ка все с самого начала. Первое — у кого может быть причина убить вас? Второе — покушались ли на вас, и если да, то при каких обстоятельствах? И третье — подозреваете ли вы кого-нибудь? — Мисс Силвер отложила вязанье, открыла тетрадь и приготовилась записывать.

Мисс Трихерн сосредоточилась, стараясь ничего не упустить и вспомнить даже мельчайшие детали.

— Должна заметить, что подозрительность, как и истеричность, мне совсем не свойственна. Знающие меня люди могли бы это подтвердить. Я и сама не очень понимаю, с чего начать. У меня всегда было много дел. Вы слышали о приютах Роллоу Трихерна?

— Разумеется. И вы имеете к ним отношение?

— Самое непосредственное. Роллоу Трихерн — мой отец. Вы, наверное, слышали, что я получила огромное наследство семнадцать лет назад, когда отец умер.

— Идея создания приютов принадлежит вам?

Рейчел замялась:

— В общем, да. Когда я думала, что делать с деньгами, я вспомнила о мисс Баркер, своей гувернантке. Ужасно, что такие, как она, всю жизнь работают на других, а в старости о них некому позаботиться. И у меня возникла мысль о приютах.

— И вы вложили в них все состояние?

— Нет. Какими-то суммами я могла распоряжаться по своему усмотрению, но большая часть денег была заморожена. — Рейчел помолчала, потом продолжила: — Эти деньги я могу завещать, но не могу тратить. Боюсь, я не могу этого объяснить. Хотя по закону у меня есть все права на деньги отца, я не могу нарушить его волю. И этой волей я связана.

Мисс Силвер еще раз взглянула на Рейчел Трихерн. Что ж, понятно, почему огромный капитал был доверен именно этой женщине: высокий лоб, небольшой, четко очерченный рот, волевой подбородок, казавшийся чуть тяжеловатым. Да, деньги не стали бы для нее развлечением, это была прежде всего ответственность.