- Транслятор! - крикнул кто-то из них.

Приемная кассета транслятора жадно втянула в себя ленту, послышалось зуденье - лица альфиан снова неузнаваемо исказились. Они поголубели, полиловели; утончившиеся губы были мучительно закушены, кто-то сжал виски кулаками - это было такое невероятное, тысячекратно усиленное сопереживание чужой боли и чужого страха, что Ана не выдержала и вскрикнула.

Кончанский ударил кулаком по клавише транслятора - зуденье прекратилось. Все - и альфиане, и земляне - облегченно встряхнулись, сбрасывая с себя это наваждение.

- Мы сейчас свяжемся с базой, - проговорил один из гостей, - и думаю, что мы воспользуемся аналогичными записями... Правда, эффект был бы во много раз сильнее, если бы поток пси-импульсов непосредственно выходил в космос, а не транслировался по записи.

- То есть перенести клетки с обезьянами прямо в буй?

- Именно! Хотя... животные находятся у нас под охраной?..

- Ну, Совет пойдет на исключение, - сказал Рычин.

- Да, времени у нас и у вас в обрез.

- Если бы вы так не торопились, - начал Кончанский, но дверь за пришельцами уже закрылась, они не простились.

- Ну, у нас-то времени меньше, - Ана ринулась к пульту передатчика. - Я даю запрос на всех обезьян и питонов. Кончанский с Руогомаа готовят к их приему ракетодром в Куду-Кюель. Рычин, ты отвечаешь за пилотов.

- Постараюсь. Прихвачу еще ракет, бенгальских огней и сирен, но боюсь, что кому-то из нас придется остаться в Совете.

- Зачем? - запротестовал Кончанский. - Какой смысл контролировать Совет, если его от буя будет отделять двухдневный перелет?

- Не время спорить, - прервала их Ана, - действовать пора. Тем более что теперь выяснено главное. Что именно? А вот что: когда я держала в руках пленку с "обезьяньей" записью, я уже давно поняла, что это такое, а они продолжали спрашивать. Я постаралась собрать всю свою волю, чтобы усилить свой пси-поток - а они его не приняли! Значит, наших мыслей они читать не могут.