«Белоносый» продолжал стоять, не двигаясь, со своей насмешливой ухмылкой. Пистолет в его руке даже не дрогнул. Мне, правда, показалось, что в глазах его мелькнуло беспокойство. Но, может быть, мне это только показалось. Продолжая держать коротышку перед собой, я подобрал его револьвер. Это было ошибкой – надо было вынуть свой.

Я оттолкнул коротышку от себя, и он с шумом растянулся рядом со стулом, начав яростно лягать его. Высокий рассмеялся:

– Не радуйся, пушка без бойка.

– Послушай, – обратился я к нему проникновенно, – я немного выпил, но все же соображаю достаточно хорошо. Поэтому давайте покороче: что вам от меня нужно?

– Еще раз говорю тебе, что в револьвере нет бойка, – ответил «Белоносый», игнорируя мое миролюбие. – Попробуй и убедишься. Я никогда не даю Фриско заряженную пушку. Он слишком... нервный. Между прочим, должен признать, что руки к тебе не зря приделаны – умеешь ими кое-что...

Фриско сел на полу, снова плюнул на ковер и заблеял, что, наверное, должно было изображать смех. Я повернул дуло револьвера вниз и нажал курок.

Раздался сухой щелчок, выстрела не было, хотя в барабане виднелись патроны.

– Мы не собираемся делать тебе ничего плохого, – успокоил меня «Белоносый», – на .этот раз, по крайней мере. Может быть, в другой раз... Кто знает. А может, сумеешь понять нас с полуслова? Речь о том, чтобы ты перестал интересоваться делами молодого Джетера. Понял?

– Нет.

– Не собираешься воспользоваться добрым советом?

– Добрые советы ценю... Но кто он такой, этот молодой Джетер?