От пик троих оказавшихся впереди солдат пришелец уворачивался с издевательской легкостью. Теперь, стоя на земле перед тушей зажатой в воротах лошади, пришелец совсем не казался долговязым и неуклюжим. Это почувствовали и солдаты. Заорал десятник, солдаты выровняли подобие строя, двинулись, готовясь пронзить одинокого врага остриями гизарм и пик или хотя бы вытолкнуть его за ворота. Но противник безрассудно атаковал их сам. Меч он держал странно: одна рука на рукояти, другая посреди клинка. Пришелец прыгнул прямо на строй. Взлетев неожиданно высоко, оперся ногой о щит одного из солдат. Укола меча Даша не заметила, только сосед солдата, чей щит послужил ступенькой, начал падать, а пришелец оказался за спинами строя защитников замка. Яростно закричал десятник. Солдаты попытались окружить одинокого противника стеной щитов, задавить численностью. Несколько человек, оказавшиеся перед воротами, схватились за тушу лошади, заблокировавшую створки ворот, попытались отодвинуть. Все это происходило так быстро, что Даша буквально два раза успела вздохнуть. Понять, почему падают солдаты в этой неразберихе, оказалось решительно невозможно. Пришелец работал своим мечом, как очень коротким копьем, и человеческий глаз не успевал уследить за мгновенным блеском уколов. Девушка лишь догадалась, что высокий пришелец каким-то образом прошел через строй солдат еще раз и снова оказался перед воротами. Оба стражника, тянувшие труп лошади, упали одновременно. Двое других солдат, пихавших тушу несчастного скакуна сзади, шарахнулись. Пришелец дотянуться до них не успел — клиновидное острие гизармы, наконец, достало его спину, швырнуло на колени. Немедленно еще одно копье вонзилось в плечо. Уже с земли высокая фигура дотянулась клинком до ближайшего стражника. Но защитники замка уже пришпилили врага к мостовой, как длинноногого живучего богомола.