Внизу, на пристани, тихо возились темные тени. Девушке казалось, что она уже долго-долго наблюдает малопонятный спектакль — привычный мир обезлюдел, немногие оставшиеся в живых ведут изощренную игру, окончательно уничтожая друг друга. Лишь отражение двух лун привычно скользило по речной воде. Так и тогда было, у Навьих камней. Даша почувствовала, что на нее смотрит лохматый. Наверное, догадался, о чем подруга думает. Даша неуверенно улыбнулась. Ничего, мы и бесконечное заточение в башне переживем.

Внизу, на пристани, людей прибавилось.

— Они подходят? — донесся неприятный надтреснутый голос. — Кто-нибудь может сказать, сколько человек в лодке?

— Трое, милорд, — почтительно доложил грузный человек в великолепной, отливающей черным кольчуге. — Груаги уверяют, что, кроме этих троих, с корабля никто не сошел.

— Будем полагаться на зрение наших союзников, — произнес надтреснутый голос. — Пожалуй, я присяду. Бедро опять ноет невыносимо. И прикажите добавить огня, пусть видят, куда плыть. Я не собираюсь здесь торчать до утра.

Огня прибавилось. Теперь Даша могла разглядеть людей на пристани. Сухощавый сутулый человек сидел на складном табурете, пристально всматривался в медленно приближающееся пятно факела лодки. Лицо человека казалось болезненным и изнуренным. Запавшие, гладко выбритые щеки, морщины вокруг глаз, залысины высокого лба. На плечи накинут плащ, под которым угадывалась кольчуга. Шлем незнакомец держал на колене. Даша немедленно пришла в уверенность, что это и есть знаменитый лорд Дагда. По крайней мере, именно так девушке и представлялся столь цинично израненный в бою самодержец. Смотреть на сидящего лорда-регента было неприятно, господин весьма смахивал на памятного Даше йиену. Разве что одет цивилизованно. Но стоит принюхаться — и уловишь знакомую вонь.

Решив, что все это предрассудки, девушка принялась рассматривать свиту лорда-регента. За спиной сидящего господина худыми изваяниями замерло четверо груагов. Знакомые копья в длинных руках, все та же темная невыразительная одежда. И почему все дарки одного племени так похожи? Прямо близнецы какие-то. Один Мин неповторим в своей метисской непосредственности.