Улыбка сошла с его губ. На лбу появились морщины, а в глазах появилось совершенно не типичное для удачливого предпринимателя выражение – усталости.

Сбежав по белым ступенькам на широкий тротуар, выложенный плиткой, Лэйван пересек его и добрался до проезжей части, где вместо привычной для других систем пластали, было уложено дешевое черное покрытие. Вскинув руку в попытке поймать такси, он оглянулся по сторонам, высматривая свободный кар.

Главный город колонии Артур уже не производил впечатления провинциального городишки. За полсотни лет он сильно разросся, – в деловом центре высились стоэтажные коробки офисных зданий, по краям располагались дома пониже, а на самых окраинах располагались приземленные экодомишки да огромные производственные комплексы. Дальше, ближе к горам, начинались поля и продовольственные фермы, что уже не справлялись с запросами большого города. Выглядел Камелот неплохо, но и до среднего города Дагоры ему еще далеко. Транспорт только наземный, никаких флаеров. Местных ресурсов хватило только на производство электромобилей, скользивших по широченным улицам и проспектам. О привычной сети антигравов, что летали бы выше десятого этажа, не было и речи. Не было тут и огромных акрокомплексов, вмещавших в одном здании тысячи жителей. И уж конечно, наверху, между домами, не было привычных транспортных лент и лифтов. Для Лэйвана, недавно прилетевшего с Вулкана, было немного непривычно наблюдать чистое небо между домами, где не видно привычной для мегаполиса воздушной суеты. Но и дискомфорта он не испытывал – родившись на Флисе, планете шахтеров, где никто и не думал строить небоскребы, Хэван все детство провел под открытым небом. Конечно, Флис было бессмысленно сравнивать с чудесным Камелотом – эта планета представляла собой идеальную копию древней Земли и была просто раем, по сравнению со многими другими системами, обжитыми потомками легендарных землян. На том же Флисе гравитация была выше, а из-за примесей в атмосфере постоянно приходилось носить регенерационную маску и защитный комбинезон. А здесь…