Даже дух перевести не удалось. Хорошо, что их не больше дюжины оказалось, но не захвати Жора ручных гранат, хрен его знает, чем бы закончилось. А так все в зале к чертовой матери взрывами разнесло, трупы — в ошметки. Вот тут старый, добрый черный Том и появился. Не сдрейфил negro, примчался на квадрацикле и лихо так под входом остановился. Чуть сам под очередь из пулемета не попал, но бог миловал. Учитель с буровиком выскочили из маркета: Том, дурак-дураком, зубы в лыбе скалит. По приказу старшого слез с водительского места, Жора за руль прыгнул, орет товарищам, чтобы тоже садились. Но только Олег ногу через сиденье перебросил, как сбоку что-то темное мелькнуло, а за спиной на асфальт — шлеп, шлеп, шлеп.

— Аааа! Help me! — заорал кто-то. — Help! I kill you, motherfucker! Обернувшись, Шереметев увидел, что это трое мертвяков на них с подъездного козырька спрыгнули. И, не распыляясь, всей компанией на негра напали. Один в правую ногу вцепился, другой черные руки крутит, а третий — худенькая такая девчушка, лет пятнадцати, в Томову шею зубами впилась. Вот у негра от повторного шока голос и прорезался.

— Твою мать, спину прикрой, — крикнул Жора учителю и давай из «Глока-18» очередями палить. — Вот вам, вот! И полминуты не прошло, как у зомби лысые головы разлетелись. Бедняга Том даже не сразу сообразил, что свободен. А когда понял, то к квадрациклу шагнул, лепечет что-то радостно, а у самого с шеи кровь капает. Олег ему инстинктивно руку протянул, помочь хотел, но буровик по руке ударил.

— Нет, — говорит, — нельзя ему с нами. Инфицирован. Прощай, Том.

И из пушки своей прямо бедному негру в лоб две очереди. Тот даже почувствовать ничего не успел, только понять, наверное…

* * *

Яркий, жаркий солнечный луч упал на лицо Олега Шереметева и разбудил его. Приоткрыв на мгновение глаза, учитель увидел деревянную стену коттеджа, куда их поместили после вчерашнего прибытия в город Финист.