- Садитесь, - пригласил он. - Как ваш парнишка, входит в форму?

Под прикрытием шума, производимого передвигаемыми стульями, Гарни проскользнул в дом. Он знал, где расположена спальня Миры. Без стука открыв дверь, он просунул голову вовнутрь. Мира в этот момент подкрашивала губы. На ней был только бюстгальтер и белые трусики. Она испуганно обернулась, увидев отражение лица Гарни в засиженном мухами зеркале.

- Убирайся отсюда! - крикнула она.

Гарни почувствовал, что у него пересохло во рту. Он шагнул в спальню и, закрыв дверь, прислонился к ней спиной. Гарни был верзилой со сломанным носом и большим ртом. Глаза его всегда немного бегали. Он крикливо, броско одевался в черные костюмы и красные либо желтые рубашки, повязывая яркий галстук. Себя он считал неотразимым.

- Ник... уходи! - встревоженно сказала она. - Старику это не понравится... прошу тебя.

Гарни обошел кровать и протянул руки к Мире. Она отскочила, глаза ее испуганно расширились.

- Если ты не уберешься, я закричу! - сказала она.

- Ну, честно, зачем так говорить... - Гарни теснил ее к стене. - Ты шикарно выглядишь. Я ничего такого не затеваю.

Его рука коснулась руки Миры, и та вдруг почувствовала слабость. Она бессильно прошептала:

- Не надо, Ник. Старик убьет меня.

- Не нужно беспокоиться о нем, - прошептал Гарни, обнимая ее, и его руки были как огонь на ее прохладном теле.

Раскаленное желание пронзило ее, стиснув внутренности железными пальцами. Она искала губами его губы, почти задушив его в объятиях. Гарни ухмыльнулся про себя.

- Мне нужно идти, - сказал он. - Но вскоре, как-нибудь ночью, мы встретимся. Тебе это придется по вкусу, верно?

На веранде Батч ощупывал Сэнки. Тот стоял, свесив голову на грудь, словно лошадь по дороге на живодерню.

- С ним ведь все в порядке? - встревоженно спросил Батч, глядя в направлении Хэнка.

- Конечно, - ответил тот, но голос его прозвучал не очень убедительно.