И племянницы отлетели от Лари, как ошпаренные. В семье хорошо знали бешеный нрав Лари. Он умел долго молчать и терпеть, бурля внутри. Но когда все же происходил взрыв – это было страшно. Лари влетел в комнату сестры.

   – В чем дело?

   Ничего не говоря, Лари схватил сестру за ворот ее халата, вытащил из постели и поволок к окну.

   – Что ты делаешь? Там же холодно! – пыталась сопротивляться женщина.

   – У тебя не будет времени, чтобы замерзнуть.

   С этими словами Лари распахнул окно. И перевесил орущую сестру через подоконник, держа ее только за лодыжки.

   – А-а-а! Тут же высоко! Перестань! Поставь меня на место!

   – Ты убила Ираклия!

   – Нет!

   Лари сделал вид, что слегка отпускает ноги сестры. Та дико заверещала. Лари слушал ее крики с удовольствием. Наконец-то нашелся кто-то, кому сейчас приходилось хуже, чем ему!

   – Говори, дура, зачем ты пристроила к Ираклию этого поваренка?

   – Он – сын моей подруги.

   – Не ври! У тебя сроду не было никаких подруг! Говори, кто он такой?

   – Просто мальчик, которому я захотела помочь!

   – Не лги мне! Еще одно слово лжи, и ты полетишь головой в сугроб.

   – Ты не посмеешь!

   – А вот посмотрим, посмею я или нет!

   И Лари отпустил одну руку.

   – А-а-а! Я все скажу! Только верни меня в комнату!

   Лари схватил сестру за полную лодыжку и втянул ее обратно. В душе он радовался ее благоразумию. Убивать сестру не входило в его планы. А кто знает, как долго он бы смог удерживать в подвешенном состоянии ее жирную тушу.

   – Говори! – велел он ей.

   – Все дело в деньгах! – торопливо заговорила Белла, стягивая на груди распахнувшийся халат и на всякий случай отползая подальше от все еще открытого окна и разгневанного брата.

   – Ну, конечно. Я так и знал! И что ты затеяла, несчастная?