Туловище, обмотав тряпками, засунул в один мешок. Туда влезла еще и нога. Обвязав мешок веревкой, он поднял его и отправился на улицу.

Выйдя к Москве - реке , оглянулся: рядом никого не было. Лишь в метрах ста городские рыбаки-любители сидели со своими удочками. Деваться было некуда, и Генка бросил страшный груз в воду. Ему вдруг показалось, что рыбаки заметили его, и он поспешил прочь. Вернувшись домой и немного поостыв, он решил больше не рисковать и дождаться темноты, чтобы вынести второй мешок. Он даже не заметил, что в его отсутствие в квартире побывали воры. Решив

спрятать оставшиеся части тела подальше от дома, он позвонил приятелю и попросил отвезти за город, пообещав хорошо заплатить. И когда позвонили в дверь, Генка подумал, это он приехал и открыл дверь. Увидев вместо приятеля ментов был страшно напуган, страх буквально парализовал его. Но вместе с тем Генка почувствовал облегчение, потому что сыщики оказывается, все уже знали, и запираться было бессмысленно. Да у него и не было сил на то, чтобы врать, изворачиваться, и он решил чистосердечно рассказать всю историю их отношений с Кабаком.

Слушая убийцу, Румянов поймал себя на том, сочувствует этому молодому парню, одним ударом ножа загубившему сразу две жизни: свою и старого вора карманника.

Но оперу было некогда копаться в своих ощущениях - ему предстояло собрать все материалы по делу для передачи следователю.

Генка Мохов своей вины не отрицал, показания давал с обреченностью человека, осознающего свою вину. Имелись все основания полагать, что также не будет никаких осложнений с Люком и Наждаком, которые уже признались в краже. Часть вещей, украденных в квартире Мохова, у них удалось изъять.