Весьма нетрадиционное. Правильно подобранный оператор, вооруженный таким талисманным набором — или Т-комплектом — мог выполнять функции контрольно-измерительной аппаратуры весьма широкого профиля. Вот таким оператором и был Семен Михайлович Локтев. Со своим чемоданом старик Локтев неизменно участвовал во всех экспедициях Лабораториума, в том числе и той, последней. Когда некуда стало возвращаться…

Олег и Санчес посмотрели, как ветеран талисманного дела выкладывает на специальную дощечку лист бумаги и вооружается карандашом и отошли. Возле Завра Коля Мезенцев, по совместительству выполняющий функции "радиста", водил руками по гладкой деревянной колоде — связному амулету — пытаясь связаться с базовым лагерем по ту сторону Купола. Выражение лица у него при этом было безрадостное.

— Полный ноль, — сообщил он подошедшим Олегу и Санчесу. Это была уже его вторая попытка. Первый раз он пробовал связаться еще в каньоне, на марше. Но ничего не добился.

— Энгару показывал? — спросил Олег, озабоченный не меньше Мезенцева. Без связи задуманная экспедиция в Город теряла всякий смысл.

— Показывал, — кивнул Мезенцев. — Говорит, что с деревяшкой все в порядке.

— Так, — сказал Олег, поскольку надо было что-то сказать. Потом, подумав, добавил: — Но ты еще попробуй. Мало ли что…

— Попробую, — согласился Мезенцев. Но без особого энтузиазма.

Олег с Санчесом отошли. У установленной уже палатки сидел в классической позе лотоса — даже завидно было глядеть — Энгар, погруженный в транс. На свой лад занятый исследованием магополя. В другом конце стоянки, на такой же как у Локтева раскладной брезентовой табуретке сидел Ермаков, что-то наигрывая на клавишах ноутбука, ощетинившегося пробниками экспресс-лаборатории. В палатке ворочались Такан с Отеро, укладывая наиболее ценный груз. Все были заняты. Все при деле.