— Не ищи оправданий. Лучше не скрывай информацию. Кстати, иногда у меня возникает подозрение, все ли архивы по этому делу…

— Ты видел все архивы! И теперь мне нужны ответы! Ответы, а не вопросы! Добудь этот передатчик! Я обязан вставить кому-нибудь пилюлю. Для тебя же будет лучше, если я вставлю ее не тебе, а владельцу передатчика!

Тримейн покинул отель и, пройдя два квартала на запад по Коммерс-стрит, вошел в желтое кирпичное здание с надписью «Городская полиция Элсби» большими буквами, вырезанными в камне над дверью. Грузный полицейский с помятым лицом и густыми седыми волосами взглянул на него из-за древнего «Ундервуда». Он внимательно осмотрел Тримейна и перекинул зубочистку из одного уголка рта в другой.

— Кажется, я не знаю вас, мистер? — поинтересовался полицейский. В его спокойном голосе проскальзывали властные нотки.

Тримейн снял шляпу:

— Наверняка знаешь, Джесс. Правда, мы давно не виделись.

Полицейский вскочил со стула.

— Джимми, — сказал он. — Джимми Тримейн. — Подойдя к деревянному барьерчику, протянул Тримейну руку. — Как дела, Джимми? Что привело тебя в родное захолустье?

— Давай, Джесс, уйдем отсюда и посидим где-нибудь.

Очутившись в задней комнате, Тримейн сказал:

— Для всех, кроме тебя, Джесс, я просто приехал посмотреть на родной городок. Но между нами — не только для этого.

Джесс кивнул:

— Да, я слышал, что ты работаешь на правительство.

— Я мало что могу тебе рассказать, мы еще сами знаем не так уж много.

Тримейн кратко сообщил Джессу, что был обнаружен неизвестный передатчик, создающий мощные помехи в сверхсекретном диапазоне гиперкоротких частиц; что все попытки запеленговать передачу мало что дают

— вместо единственных координат передатчика получается целый их набор. Он расстелил на столе большой рулон бумаги, на которой было нарисовано несколько концентрических кругов, частично перекрывающихся похожей группой колец.