— Таких, как мы, можно пересчитать по пальцам, — наставительно сказала Хэтери, легонько постукивая пальцем по краю своего стакана. — И у всех своих забот полон рот. Никто не полезет в чужой город усмирять чужих вампиров, ополоумевших после потери хозяина. А усмирить их необходимо, иначе все они рано или поздно погибнут.

Ну конечно, подумал Кристиан. Их занимают только вампиры. Человеческие жертвы не в счет. Да и с какой стати с ними считаться? Это же всего лишь люди.

Однако, Алан и Хэтери знали, о чем говорили. Вампиры из клана Лючио проходили сейчас период ломки и больше всего напоминали стаю одичавших собак. Со смертью Лючио мир их пошатнулся, восприятие реальности сместилось, и они перестали воспринимать что-либо помимо захватившей их жажды крови. Лишившийся хозяина младший вампир опаснее высшего носферату, поскольку по разумности не превосходит дикого зверя. Волна убийств, прокатившаяся по городу, не имела в прошлом никаких аналогов, причем многие убийства отличались особой жестокостью: у многих жертв было разорвано горло, некоторые несчастные были вовсе растерзаны на части. Кристиан видел полицейские сводки, упомянутые Аланом, и они ужаснули его. Он только не знал, как может остановить этот ужас. Если только самолично взять тесак и отправиться убивать вампиров?.. Теоретически, он мог бы, хотя все существо его содрогалось при мысли об убийстве. Вот только… Вот только Алан явно имел в виду нечто другое.

— Это твой город, Кристо, — медовым голосом проворковала Хэтери. — И это твои дети. Кто-то из них, помнится, был даже привязан к тебе?

— Никаких связей уже давно не существует! — резко ответил Кристиан. — Я уже не носферату и не несу ни за кого ответственности! Все это в прошлом. Я отказался от себя.

— От себя нельзя отказаться, — заметил Алан. — Верно, ты ослаб, Кристо, прежде ты был сильнее. Но… все можно вернуть.

Кристиан стремительно поднялся, резко, с грохотом, отодвинув стул.