- Ты не можешь приспособиться. Ты не подходишь системе.

- Вот развяжи меня, и мой кулак как раз подойдет к твоей пасти.

- Ты антиконформист.

- Что-то я не слышал, чтобы это было уголовно наказуемо.

- Уже наказуемо. Нужно жить в согласии с миром вокруг тебя.

- Я ненавижу его. Этот ужасный мир.

- Далеко не все так думают. Большинству людей нравится порядок.

- Ни мне, ни большинству людей, которых я знал, не нравится.

- Ну, это не совсем так. Как, ты думаешь, мы схватили тебя?

- Не интересуюсь.

- Одна девушка - милашка Аллис - сказала нам, где тебя искать.

- Это ложь!

- Да нет, это правда. Ты выводил ее из себя. Она хотела надежности, стабильности, хотела постоянства. А тебя я сейчас просто выключу.

- Так делай же это, хватит трепаться!

- Да нет, я тебя, пожалуй, не выключу.

- Идиот несчастный!

- Покайся, Арлекин, - сказал Временщик.

- Заткнись, скотина!

Его отправили в Ковентри. Они хорошо поработали над ним в Ковентри. Это было как раз то, что они сделали с Уинстоном Смитом в книге "1984". Никто из них, конечно, не читал этой книги, но техника-то издавна известна, вот они сделали то же самое с Эвереттом С. Мармом, и как-то, спустя некоторое время, Арлекин появился на экранах сети коммуникаций, проказливый, с сияющими глазами и с ямочками на щеках, и было совсем непохоже, что ему промывали мозги. И он сказал, что был не прав и что это здорово, ну просто здорово быть причастным, принадлежать и поспевать всюду вовремя, и-эх, с ветерком... И все видели его на общественных экранах, покрывающих целые стены домов во всех районах города, и говорили себе: "Ну вот видишь, совсем он оказался и не придурок, и уж если система такова, как она есть, то пусть ее и дальше так, ну что тебе хорошего будет, если начнешь выступать или бороться с властями, а то и, как тут было, с Временщиком". Итак, Эверетт С.