Дежурный сделал запись в постовой ведомости и разрешил полковнику пройти. Артемова встречал подполковник ВВС Виталий Шадрин. Офицеры обменялись рукопожатиями, и летчик, проходящий службу в оперативном отделе штаба, проводил гостя в свой кабинет.
Все три рабочих стола сейчас пустовали: на время беседы полковника ГРУ с капитаном-инструктором спецназа офицеры отдела «вышли покурить».
— Я приготовил все, что вы просили, Михаил Васильевич, — подполковник Шадрин указал на телевизор, «прописавшийся» на полке длинного стеллажа, на видеомагнитофон марки «Панасоник», стоящий полкой ниже. — Пульт на столе. Я вам больше не нужен?
— Нет, спасибо, можете идти. Позовите инструктора.
Через минуту в кабинет вошел подтянутый молодой человек в военной форме. Вытянувшись на мгновение по стойке «смирно», он представился:
— Капитан Соколик. Разрешите?
— Заходи, Виктор... Как там дальше?
— Просто Виктор.
— Мне это подходит. Меня называй Михаилом Васильевичем. Работаю я в Главном разведывательном управлении. Присаживайся. Кстати, не знаешь, что лучше: «пустая голова» или прикрытая задница?
Брови инструктора поползли вверх:
— Что, простите?..
Артемов улыбнулся:
— Не обращай внимания, это так, мысли вслух. На счет стойки «смирно», которой военными, не обремененными головными уборами, приветствуется то или иное лицо, полковник имел собственное мнение. Жест — касание пальцами головного убора — подразумевает лишь одно: говоря современным языком, имитацию снятия этого самого убора, знак уважения. Соколик же, к примеру, приложил руки к бедрам, к штанам, короче, на уровне задницы. Имитация снятия штанов. Успокаивало то, что при этом устав не предписывал еще и повернуться кругом.