- К чему все эти разговоры об убийстве бедного маленького мальчика. Дайте ему уйти или убейте его.
Но Землянин не направил свои мысли вовне, и два Норстралийца не осознали его личный взгляд на эти вещи.
Внешне Повелитель Красная Дама остался печален. Он воспользовался голосом, как Норстралийцы поступали во время великих церемоний.
- Мы здесь слышали человека.
- Мы здесь слышали его, - подтвердили двое других.
- Мы не вынесли решения и не приговорили его к смерти, хотя это еще может случиться, - сказал он.
- Может случиться, - подтвердили они.
- И куда, на Старой, Старой Земле, человек может уйти?
Они знали ответ наизусть и вместе с трудом ответили:
- Это путь Старой, Старой Земли; это путь к звездам, и не важно, как далеко уйдет человек. Семя пшеницы посеяно в темную, влажную землю. Семя человека в темной, влажной плоти. Семя пшеницы тянется вверх к воздуху, солнцу и свободе; стебель, листья, цветок и зерна - под открытым небом. Семя человека растет в соленом океане утробы - темного моря тел людей. Жнут пшеницу руки людей. Мягкие прикосновения вечности жнут людей.
- И что это значит? - нараспев произнес Повелитель Красная Дама.
- Смотреть с милосердием, решать с милосердием, убивать с милосердием, но вести жатву людскую сурово, справедливо и праведно. Пусть же пшеница растет высоко и гордо на Старой Старой Земле.
- Кто здесь? - спросил он.
Они оба процитировали наизусть полное имя Рода.
Когда они закончили, Повелитель Красная Дама повернулся к Роду и сказал:
- Я произнес высшие церемониальные слова, но я обещаю тебе, что ты удивишься нашему решению, каким бы оно ни было. Прими его легко.
Род заглянул в голову Землянина и двух Норстралийцев. Он видел, что Беаслей и Таггарт одурманены ритуальными словами, влажностью и запахом, стоящим в воздухе, и фальшивым синим небом вместо крыши трейлера. Они не знали, что делать дальше. Но Род видел резкие, победные мысли сформировавшиеся в глубине мозга Повелителя Красная Дама. "Я помогу этому мальчику спастись!" Род почти улыбался, несмотря на присутствие человека-змеи с жесткой улыбкой и неподвижными зрачками, стоящего всего в трех шагах от него и немного сзади, так что Род мог видеть его только уголком глаза.