— Ладно. Я пойду. Видишь — у меня оружие, значит, я воин. А от него толку все равно не будет. Пусть он уходит.

— Юрик, ты чего, тебе жить надоело? Никуда ты не пойдешь, и я не пойду. Это все бред какой-то, мы с тобой просто на солнце перегрелись. Очухаемся, вернемся в часть, и больше никаких винтовок и гранат, все, завязали!

— Вот видишь, — сказал Юрка существу. — Он не воин. Не будет он воевать. А я буду. Ну так что?

Существо решало.

— Чего молчишь-то? Сколько у вас служат-то? Год? Два?

— До полной победы, — каким-то безрадостным голосом ответило существо.

— Ну до победы, так до победы! Пошли, что ли, у меня уже руки чешутся, я им, сукам, устрою. Они узнают, какие звери в советском стройбате служат!

— Хорошо, я рекрутирую тебя, — подтвердило существо.

Юрка воткнул винтовку стволом в песок и стукнул Витьку кулаком в плечо:

— Бывай, Витек. Ребятам привет передавай. И родителям моим напиши, только не ври ничего, напиши, как все было.

Витька смотрел, как Юрка, будто растворяясь, исчезает в черном круге.

— Юрка, стой, я пойду! — вдруг крикнул он, но тот только махнул на прощание рукой и пропал, как будто его здесь и не было.

— Ты не воин, — осуждающе произнесло существо. — Живи, работай, плоди детей, может быть, они станут настоящими солдатами!

Существо шагнуло в черноту и исчезло вместе с кругом.

Витька стоял один среди развалин военного городка. Все так же звенели цикады и с дюн безучастно смотрели вараны, только Юрки не было рядом. Осталась лишь торчащая из песка винтовка.

— Оружие дикарей… — пробормотал Витька, выдернул ее из песка и, проваливаясь, побрел к дороге. У взорванного ангара он остановился и, широко размахнувшись, ударил винтовкой об угол. Приклад треснул, и из него высыпались какие-то детали.

— Оружие дикарей! — с ненавистью процедил Витька и на выдохе треснул винтовкой еще раз. Приклад отвалился. Витька колотил до тех пор, пока винтовка не разлетелась на куски.